Бөтә яңылыҡтар
Новости
30 Май 2019, 16:01

В рамках нацпроекта „Культура” поддержку получат некоммерческие творческие проекты, направленные на укрепление культурных ценностей народов РФ

В рамках нацпроекта „Культура” поддержку получат некоммерческие творческие проекты, направленные на укрепление культурных ценностей народов РФ. Балалаечник Михаил Киселев специально для портала „Будущее России. Национальные проекты”, оператором которого является информационное агентство ТАСС, рассказал об опыте популяризации самого народного инструмента.
О традициях
Считается, что в России существуют три балалаечные школы: московская, уральская и петербуржская. Между ними есть небольшие отличия в приемах и технике игры. Мы не продолжаем фольклорные традиции предков, потому что развиваем академическое исполнительство на русских народных инструментах. Вообще, идет дискуссия о том, чтобы признать их не русскими народными инструментами, а национальными — как достояние нашей нации. Так мы поставим балалайку наравне со скрипкой, флейтой и другими классическими инструментами, которым 300-400 лет. Проблема в том, что балалайка существует всего 100 лет. У скрипки или духовых инструментов гораздо более долгая история.
Массовая известность балалайки началась с Василия Васильевича Андреева (балалаечник-виртуоз, создатель и руководитель первого в истории России оркестра народных инструментов — прим. ТАСС). В 1886 году он впервые услышал инструмент, на котором играл крестьянин, ему очень понравилось, и то, что балалайка существует сейчас, достигнуто благодаря его усилиям.
Василий Андреев
commons.wikimedia.org/Public Domain
На балалайке играют и в Китае, и в Норвегии, и во Франции. В Японии есть два оркестра, в Америке существуют балалаечные оркестры. Тем более очень обидно, что со времен Андреева в России балалайку практически не продвигают. Когда он появился, в армии все стали играть на балалайках, в любых общеобразовательных школах учили на них играть, около 100 тысяч инструментов выпускалось в год. Его оркестр отправили на гастроли в Париж, и он произвел фурор на мировой сцене. После смерти Андреева в 1918 году такого покровителя у балалайки больше не было. Он и умер из-за балалайки — заработал воспаление легких, когда выступал на фронте: играл во фраке, так было принято.
О фестивале
Смотрите также
23 МАЙ, 14:49
Симбирский блюз: как в Ульяновске возродили народный промысел и открыли музей балалайки
Всероссийскую акцию „Балалайка — душа России” девять лет назад придумал мой преподаватель Андрей Горбачев, профессор Российской академии музыки. Мне пришла в голову идея сделать более развернутый фестиваль, объединить музыкальные школы и вузы, чтобы получилось большое мероприятие. Этой весной прошел третий фестиваль, обычно он длится около недели.
Мы знаем, кто лучше всех играет, поддерживаем связь с исполнителями. В фестивале принимают участие лауреаты всероссийских конкурсов, заслуженные и народные артисты России, то есть ведущие музыканты. Организуем мастер-классы, которые проводят ведущие артисты и ансамбли. Есть также дети, которые выигрывают конкурсы, мы их тоже знаем, потому что наши коллеги сидят в жюри. На гала-концерт, который проходит в рамках всероссийской акции в Гнесинке, съезжаются дети со всей России и играют с оркестром имени Некрасова.
Дети — лауреаты конкурсов — играют с оркестром соло. В этом году их было примерно 15 из всех регионов — от Камчатки до Санкт-Петербурга. В основном им около 12-14 лет. Самых маленьких мало, но они очень яркие. У нас есть сейчас такая звездочка из Тамбова — Анастасия Тюрина, ей всего девять лет, но она уже победила на телеконкурсах „Синяя птица” и „Лучше всех!”, играет и со Спиваковым, и с Мацуевым.
Валерия Морева/ТАСС, архив
Акция и фестиваль никем конкретно не финансируются. Это благотворительная история — нас музыкальные школы принимают бесплатно, РАМ им. Гнесиных тоже, и все участники выступают бесплатно, приезжают за свой счет. Билеты продавалась только на два концерта — в Гнесинке и Доме Гоголя, но они стоили от 100 до 300 рублей, эти средства пошли на аренду и уборку зала, то есть никто на этом не заработал.
Все наши расходы — это реклама концертов. Конечно, хотелось бы, чтобы в дальнейшем появилась какая-то финансовая поддержка, хотя бы дорога и проживание оплачивались участникам. Но пока все держится на идее. В этом году я собираюсь подать заявку на грант Министерства культуры.
Об аудитории
В основном на наши концерты приходят школьники, которые занимаются балалайкой, и их родители. Еще одна категория слушателей — это любители балалайки или те, у кого история семьи как-то связана с балалайкой. Часто это пожилые люди, они приходят на мероприятие и общаются.
У нас были аншлаги на всех мероприятиях. В основном мы распространяем информацию в соцсетях. Тем не менее мне кажется, что большинство зрителей пришли на концерты благодаря сарафанному радио. Мы собрали около 2-3 тысяч посетителей.
Участвовали очень много детских коллективов и ансамблей. Были номера, в которых принимали участие 25 детей. Также выступали два оркестра. В следующем году хотелось бы привезти три или даже четыре. То есть участников с каждым годом будет все больше и больше. В этом году их было около 300.
Сергей Бобылев/пресс-служба Минобороны РФ/ТАСС
Тут главную роль играет наличие педагога. Я знаю, что есть музыкальные школы, где ученики не идут на балалайку. Это, скорее всего, значит, что педагог там ничего не делает для этого. Я со своими учениками хожу по детским садам, и мы играем балалаечные концерты. Есть целая программа „Классическая музыка в детских садах”. Мы приходим, играем для малышей, и это очень хорошо работает. Еще Настя Тюрина очень повлияла на рост спроса на балалайку. Дети видят по телевизору, как она классно играет, и тоже хотят научиться. До нее инструмент очень редко показывали по телевидению, есть такая проблема. Когда люди видят и слышат балалайку, им очень интересно, но нет организаций, которые бы занимались ее популяризацией.
О волынке и укулеле
Смотрите также
20 АПР, 10:10
Глава Московской филармонии: молодежный оркестр может стать равным среди лучших
Я вырос в Петербурге, у меня была большая семья, и всех детей отдавали учиться музыке. В этом плане выбора не было — выбор был только, на какой инструмент пойти. Я хотел на волынку, но родители сказали, что для этого нужно ехать в Шотландию. Мне было шесть лет, и я испугался ехать один в Шотландию. Нужно было выбрать инструмент, который есть в России.
Тогда я записался на фагот, но он весил слишком много для меня. Мне предложили прийти через год. В итоге выбор оказался между барабанами и балалайкой. Я подумал, что на балалайке играть интереснее и сложнее. С педагогом мне повезло — он не только учил, но еще и сам выступал, и был композитором.
У меня есть объяснение тому, почему сегодня в России гавайская гитара укулеле более популярна, чем балалайка: нет сообщества, которое бы демонстрировало, как классно играть песни под балалайку. Мы продвигаем академическое исполнительство, а фольклорное никто не продвигает.
Со времен наших дедушек никто этим не занимался, и это потихоньку умерло. У меня до сих пор есть балалайка от дедушки. Он играл простые русские народные песни на три аккорда. Этого уже нигде не услышишь. И в фильмах не увидишь. Балалайка как массовая культура не развивается.
О знаменитостях и молодом поколении
Известных балалаечников не так много. Из академических исполнителей это Андрей Горбачев. Он с Мацуевым выступает, на телевидении концерты показывают. А из эстрадных есть очень известный балалаечник Алексей Архиповский. Он совершил прорыв — создал электроакустическую балалайку. Он выступает один, но создает эффект симфонического оркестра — использует гитарный эффект, и это звучит очень классно. Он выступает и в Доме музыки, и в „Зарядье”. Стабильно дважды в год играет в Москве и ездит по России.
Есть также несколько групп, которые играют рок. Например, оркестр „Русский стиль”, который записал на балалайках кавер на песню группы Rammstein, ее вокалист даже у себя в соцсетях этот клип опубликовал с подписью „Здорово ребята играют”. У этого видео миллионы просмотров.
Александр Рюмин/ТАСС, архив
Мы показываем детям, что они не просто так занимаются на музыкальном инструменте. Вот на фестивале выступали ребята из Иркутска — они не просто сидят у себя вокруг Байкала и бренчат, а приезжают в Москву и играют с хорошим академическим оркестром, знакомятся с дирижерами, их приходят слушать. Они понимают, ради чего все это делают. Появляется стимул, ребенок думает: „Я тоже могу приехать на фестиваль, стать музыкантом, на меня будут ходить слушатели”.
Все дети, которые у меня учатся в музыкальной школе, играют на концертах. Они выступают больше, чем я в их возрасте. Я специально ставлю на этом акцент, чтобы ребята понимали, зачем это делают. Если ты принимаешь участие в концертах, то со временем приобретаешь опыт, который впоследствии поможет получить поддержку фондов. Есть организации, которые помогают молодым музыкантам найти свой путь, как это делают Мацуев и Спиваков. В совокупности с конкурсами и фестивалями это помогает молодым музыкантам показать себя.
Обычно это подталкивает детей на дальнейшие занятия. Они выступили и приобрели уверенность, что им есть, зачем продолжать совершенствоваться. У нас есть желание, чтобы фестиваль в будущем пошел в регионы, потому что в данный момент это происходит только за счет интереса руководителей оркестров. Они тоже говорят нам: „Давайте у нас сделаем такой классный фестиваль и поддержим эту идею”. Пока это делается на энтузиазме, но мне, конечно, хотелось бы, чтобы в дальнейшем такие фестивали проходили по всей России. Ведь я не знаю ни одного балалаечника-москвича, все приезжие. Как раз наш художественный руководитель Андрей Горбачев ездит по всей России и высматривает этих ребят.
Подготовила Анна Михайлова
https://futurerussia.gov.ru/nacionalnye-proekty/444771
Читайте нас в