Бөтә яңылыҡтар
Новости
13 Август 2020, 17:53

Отпуск в "красной" зоне: истории медиков, уехавших в родные города, чтобы спасать людей

Истории врачей, которые уехали из Москвы, чтобы бороться с пандемией в больницах своих родных городов

Пандемия изменила жизнь каждого — и вершащих судьбы мира политиков, и обычных людей. Но больше всего перемен произошло у медиков — вся система здравоохранения должна перестроиться, изменить привычный ход жизни пришлось и самим медработникам. Как сообщал Минздрав России, более 1,5 тыс. врачей по всей стране прошли обучение дополнительным навыкам для борьбы с коронавирусной инфекцией. А возможным это стало в том числе благодаря образовательной платформе, которую ведомство развивало в рамках национального проекта "Здравоохранение".
Колоссальную роль сыграл и личный героизм медиков. Многие из них меняли специализацию, отказывались от отпуска, кто-то вернулся в родной город, чтобы помогать людям там. Похожих примеров по всей стране сотни, наверное, даже тысячи. А вот вопрос "зачем?" ставит медиков в тупик — у них, кажется, иного ответа и нет: "Потому что надо". Портал "Будущее России. Национальные проекты", оператором которого является ТАСС, поговорил с врачами, которые брали отпуск в одной больнице, чтобы поработать в другой, и с теми, кто увольнялся из столичных клиник, чтобы помочь больницам в родном городе.
Отпуск в "красной" зоне
Пластический хирург из Москвы Эльза Каракаева долгожданный отпуск в этом году перенесла с августа на июнь. Но не из-за горящей путевки на море. Обстановку она и правда сменила, даже заселилась в гостиницу. Только в номер приходила, отработав напряженную смену в COVID-центре на родине — в Карачаево-Черкесии.
"Было очень много материалов о том, что ситуация в Карачаево-Черкесии ухудшается, есть дефицит кадрового состава. У меня возникло желание поехать помочь — с учетом моего маленького приобретенного опыта во время работы в нашем ковидном стационаре. Я должна была пойти в отпуск в августе, но, увидев, что происходит, специально взяла свой отпуск, чтобы приехать", — рассказала Эльза, которая работает в московской больнице с 2014 года.
В Карачаево-Черкесии уровень заболеваемости на протяжении более чем двух месяцев оставался самым высоким в Северо-Кавказском федеральном округе. В конце июня число зараженных составляло около 3,5 тыс., когда болел практически каждый сотый житель региона, а снижаться оно стало только в начале июля.
В регионе попросту не хватало врачей. На призыв общественников откликнулись около 20 специалистов из разных регионов страны, в их числе и была Эльза, пластический хирург московской городской клинической больницы № 31.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
3 АВГ, 09:30
Она родилась в ауле Адыге-Хабль, в 1998 году вместе с сестрой уехала покорять Москву и осваивать профессию, о которой мечтала с детства. Впервые с коронавирусом в качестве специалиста-медика она столкнулась в апреле — в Москве многие стационары в это время перепрофилировали под COVID-центры. После 36-часового курса Эльзу, как и других врачей непрофильных специальностей, отправили лечить пациентов с COVID-19.
"Когда говоришь о том, что хирург или стоматолог работают в госпитале для ковидных пациентов, это кажется немного странным, но мы все в обязательном порядке прошли подготовительные курсы. Конечно, я не терапевт, не пульмонолог, не инфекционист, но наблюдать за пациентом и, если ему вдруг стало хуже, помочь ему облегчить состояние — это врач с шестилетним образованием может. Когда человек заболевает и оперативно нужно оказывать помощь, мы не можем ориентироваться только на профессиональных специалистов, их не так много", — рассказала Эльза.
В московском COVID-центре она проработала с 21 апреля по 1 июня. Небольшая передышка — и вот она уже начинает свой отпуск со встречи с главврачом Северного госпиталя в Черкесске. Эльзу сразу определили в бригаду и заселили в гостиницу, как и других сотрудников госпиталя. 12 июня она вышла на работу. Вместо 16–17 больных, как было в Москве, врачу передали две палаты — всего шесть пациентов.
Опыт работы в столичных клиниках, где коронавирус начали лечить раньше, чем в регионах, в Черкесске оказался очень кстати: к советам Эльзы прислушивались коллеги. Сейчас доктор уже вернулась к своим обязанностям в больнице Москвы, но очень сожалеет, что смогла проработать на родине только месяц — столько, сколько позволил отпуск.
"Меня мама учила, что если в семье проблемы, то нужно их решать вместе, так как сообща преодолевать препятствия легче. Карачаево-Черкесия оказалась в беде, это наш родной дом — проблема тоже общая, и я очень рада, что многие земляки приехали помогать", — заключила Каракаева.
В Пскове тяжелее, чем в Москве
В Псковской области медиков для лечения больных с коронавирусом не хватало настолько, что это привлекло внимание президента РФ Владимира Путина. В результате было поручено направить туда бригаду московских специалистов.
Кардиолог Игорь Абаров уволился из столичного кардиологического центра имени Мясникова и переехал в Псков, чтобы спасать пациентов на родине. К тому моменту он уже успел получить опыт работы с COVID-19 в перепрофилированной московской клинике.
"В отличие от тех коллег, которые приезжали в командировку сюда из Москвы, я не поехал в командировку от какой-то больницы, а сел и приехал сюда сам со своей трудовой книжкой и устроился на работу. Я стал изучать рынок труда и узнал из СМИ, что в Пскове, Владимире, Дагестане большие проблемы, требуются врачи, большая вспышка. Я решил, что мне будет приятно быть полезным своему городу, свои знания сюда привезти. Я долго не думал, в течение дня собрался и приехал, устроился сюда", — рассказал Игорь Абаров.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
22 ИЮЛ, 09:30
Сейчас, признается Игорь, он практически живет в "красной" зоне. Он работает врачом приемного покоя, куда привозят пациентов с подтвержденным диагнозом, периодически дежурит в стационаре с утра до вечера, и так на протяжении почти двух месяцев.
"Наборы препаратов, диагностических исследований в Пскове, Москве абсолютно не различаются. Я не увидел в Пскове дефицита чего-либо. Мне понравилось, что сюда приезжают врачи не только из Москвы, но и из Петербурга. Есть московская и петербургская школы медицины. Здесь я узнал много нового именно из петербургской школы: новые препараты, методики — то, чем мы не пользовались в Москве в принципе", — пояснил он.
Семья поддержала его решение о переводе в провинциальный город. А теперь руководство псковской городской больницы просит Абарова остаться в городе насовсем. Но он пока раздумывает над предложением.
"Для меня Псков — родной город, здесь находиться комфортно, приятно. Это город, который меня вырастил. Мне хотелось бы здесь профессионально расти. Здесь, в Пскове, объем работы больше, чем в Москве, но я это связываю с тем, что здесь, по моим ощущениям, наверное, людей физически больше поступало. Это было вначале, сейчас пациентов кратно меньше, это не может не радовать", — рассказал врач.
Одновременно с работой в COVID-центре Абаров консультирует пациентов через интернет — в социальных сетях ему поступают десятки сообщений от жителей Пскова и Великого Новгорода, у которых коронавирусная инфекция протекает в легкой форме. Врач помогает наблюдать таких пациентов дистанционно.
"Огромное количество писем из Великого Новгорода, там какая-то проблема с госпитализацией. К нам попасть, если пациент болеет, в Пскове достаточно просто. Это хорошо. В Великом Новгороде какие-то проблемы, и терапевты, как правило, людей оставляют на дому. Большое количество людей я наблюдал амбулаторно, потому что терапевт не приходит, в больницу никто отвезти не может", — рассказал специалист.
Пациенты в этом случае вели дневник состояния, как это делают в стационарах. "И хорошая динамика получалась, потому что легкие формы возможно таким образом вести", — добавил врач.
"Господи, как хорошо, что я хирург!"
"Лучшего хирурга Московской области — 2018" пандемия запросто могла застать в больницах Орехово-Зуева или Коломны, где Андрей Егоров несколько лет назад создавал профильные отделения. Осознание того, что он нужен на малой родине, пришло к нему за пару лет до вспышки коронавируса — в 2018-м в Рязанскую областную клиническую больницу (ОКБ) его пригласили открывать отделение сосудистой хирургии. Однако, когда весной этого года больных в клиниках города стало слишком много, он одним из первых вызвался не по профилю работать в "красной" зоне, сменив планомерную работу в операционной на экстрим в ковидной инфекционке.
"Когда в других больницах закончились места для пациентов с коронавирусом, было принято решение открыть койки в ОКБ. Сначала были перепрофилированы два этажа терапевтического блока. Но проработали они недолго, буквально пару недель, и начался самый пик. Стали открывать третий этаж, четвертый, пятый… Здесь была ситуация, когда не хватало катастрофически врачей-терапевтов, полбольницы было заполнено "красной" зоной, и мне ничего не оставалось, как переквалифицироваться в инфекциониста и пойти туда работать, забросив хирургию свою", — рассказывает врач.
Вместе с ним лечить больных сначала отважился только один хирург, затем, чтобы подать пример коллегам, подтянулись другие завотделениями. По словам Андрея Егорова, многие врачи просто боялись сталкиваться с неизвестной болезнью — кто пойдет работать в "красную" зону, порой определяли по жребию.
Сосудистые хирурги — своего рода медицинская элита, но здесь о всех регалиях пришлось забыть. После прохождения краткого инструктажа завотделением поступил в распоряжение терапевта — измерял насыщение крови кислородом, писал истории болезни, давал назначения. Если надо, врачи сами делали уколы больным, не дожидаясь медсестер, развозили пациентов.
В "красной" зоне каждый врач отвечал за один блок с 35 пациентами, помогали ему две медсестры. В хирургии же на 30 коек приходится семь врачей, так что нагрузка оказалась несопоставимой с обычными условиями.
Терапевтом Егоров отработал месяц, а затем вернулся к обычной жизни возле операционного стола.
"Хирургия — это огромная ответственность за то, что ты делаешь, это напряженный труд. Я иногда провожу по 12 часов в операционной в совокупности за день, работая в нескольких больницах. Это очень тяжело. Но здесь, в "ковиде", мы, во-первых, были в этих скафандрах, что непривычно для любого человека, в них ничего не видно, дышать тяжело. Во-вторых, новая специфика — больные, у которых нервы сдавали, и приходилось гасить это все. Я, когда работал, говорил: "Господи, как хорошо, что я хирург! Никогда не смогу работать терапевтом". Из приятного в терапии, пожалуй, лишь выписывать больных, когда ты видишь результат — в каком состоянии они поступали и как вылечились", — рассказал врач.
А в середине июня Андрей Егоров узнал, что в числе трех врачей региона награжден орденом Пирогова: "Об орденах, если честно, никогда не думал — работаю и работаю. Есть у меня дорогая награда — благодарственное письмо победителю областного конкурса "Лучший врач Московской области 2018 года" в номинации "Лучший хирург". Но, конечно, награда на родине — это гораздо дороже для меня и приятнее. Потому что где родился, там и пригодился. В Коломне у меня было сожаление о том, что я уехал из Рязани. Сейчас я рад, что полезен здесь. Если будет вторая волна коронавируса и если попросят, я снова пойду в "красную" зону".
Анна Устинова (Рязанская область), Алексей Семенов (Псковская область), Мадина Эбзеева (Карачаево-Черкесская Республика)
https://futurerussia.gov.ru/nacionalnye-proekty/otpusk-v-krasnoj-zone-istorii-medikov-uehavsih-v-rodnye-goroda-ctoby-spasat-ludej